22:23 

2 Виды расставания - 4

Он выскочил из дома и побежал к жилищу родителей Эванс. Так как он и с ними успел поссориться ( намного раньше, чем с Лили), он очень давно не общался с ними. Но теперь он надеялся, что они смогут передать дочери его предупреждение.
Ворота оказались запертыми. Снейп нетерпеливо открыл их заклинанием. Потом он долго звонил и стучал в двери —но никто не откликался. Он без труда открыл очередные маггловские замки и вошёл внутрь. Пусто. Постели заправлены. Кошачьи миски чистые и пустые. Не понятно, хозяева уехали ненадолго или уехали насовсем. Во всяком случае, их здесь не было.
Снейп шёл назад таким знакомым путём—он множество раз оказывался здесь вместе с Эванс, и множество раз он тут проходил один, спеша к её дому, или возвращаясь к себе, проводив её... Обшарпанные стены, тощие деревца, окна с грязными стёклами – всё это было когда -то декорациями самого счастливого времени его жизни. А сейчас это оказалось визуальным дополнением к его отчаянию и ужасу. Но так же это выглядело приветом от той самой любви, которая вернулась к нему, ничуть не изменившись за это, столь бурно им прожитое, время.
И тут он вспомнил слова Дамблдора: «Если вы искренне захотите изменить свою жизнь . .»На свою жизнь Снейпу сейчас было плевать, но в этом предложении была надежда.
Дамблдор… Враг, страшная сияющая фигура. . .Директор, особое расположение которого защищало школьных хулиганов, которые несколько лет терроризировали Хогвартс…. Маг, который хотел залезть в его голову и подчисть его память, но не стал этого делать, проявив специфическое жестокое милосердие. .. Человек, который непонятно почему отпустил его после услышанного пророчества. Многое из того, что вспоминалось Снейпу, его не очень радовало, но при всём том Дамблдор был главой Ордена Феникса и единственным магом, способным противостоять Волдеморту. К тому же связаться с остальными членами Ордена было совсем не просто, так как они, как правило, скрывались от Съедающих Смерть. А вот Директора найти было очень легко. Вся страна знала, что он живёт в Хогвартсе.
«Надо написать ему письмо, – думал Снейп. – Хотя ясно, что я не смогу скрывать от босса эту свою переписку. И это значит, что я вряд ли проживу долго. Но это всё не имеет значения».
У Снейпа не было своей совы, потому что он не любил домашних животных. Он хотел было сразу аппарировать в Косой переулок, на почту, и отправить Дамблдору послание с рассказом о планах Волдеморта. Но потом он заставил себя притормозить: «Лишний час ничего не решает. Надо сперва всё как следует обдумать, а потом уже действовать». Поэтому он всё же вернулся к себе домой.
Теперь он сидел, завернувшись в плед, в кресле в своей гостиной, и смотрел в пространство застывшим взглядом, стараясь, несмотря ни на что, мыслить логически. И через некоторое время ему в голову пришло одно очень простое соображение.
«Но...Стоп! Дамблдор слышал пророчество, и он прекрасно знает, когда Эванс родила этого своего проклятущего сына. И он, несомненно, знает о том, что Лили и этот её придурок три раза спасались от Красноглазого. Один раз Дамблдор сам их спас. В общем, Директор тоже должен был уже всё понять! Даже если он сам не верит в пророчество, то он наверняка знает, что наш Лорд – это тот ещё параноик... Значит, я могу не рисковать своей жизнью —Лили наверняка уже спрятали. Нет совершенно никакой необходимости общаться с Дамблдором. Что бы ни ответил мне завтра Волдеморт — её уже спрятали, она уже в безопасности. Если бы я вчера успел это понять – я бы даже мог и его не просить ни о чём...»
Однако, эти соображения успокоили Снейпа совсем ненадолго.
«Но вдруг Директор не понял? Он же отпустил меня тогда, хотя это было глупо... Может быть, у него уже с головой не так хорошо, как раньше? Но у него было немало времени, и, чтобы за такой срок не догадаться – это надо уже просто впасть в маразм. Особенно сложно было бы не понять что к чему после того, как наши начали похищать акушерок... Но...»
Теперь Снейп вспоминал восторженные рассказы о том, как Волдеморт снимал защитные чары с домов – даже с тех, которые охранял Орден. Сам Снейп ни разу не оказывался в деле вместе с боссом, но слышал немало рассказов о магической мощи и мастерстве Тёмного Лорда. Ему поддавались даже такие виды волшебной защиты, которые считались непреодолимыми — например, заклинание Доверия. Хотя с такой магией и Волдеморту было непросто справляться – ему нужно было знать примерное расположение спрятанного дома, и потом ему было необходимо время, иногда несколько месяцев, чтобы постепенно расшатать и ослабить эти чары.
«Сколько домов тех, кто состоял в Ордене, разгромили таким образом! Сколько магов убили! Нет, защита Ордена—это не гарантия...Если Красноглазый выследит , где примерно скрывается Лили, он будет стараться до неё добраться. Но он не сможет сделать это сразу... Если бы в Ордене знали о том, как он работает и на что он способен. . . »
И постепенно Снейп начал понимать, почему он всё же должен встретиться с Дамблдором, причём именно встретиться лично. Хотя, конечно, личная встреча была намного более опасной, по очень многим причинам.
У Снейпа было ещё часа два до закрытия почты, и он отправился в Косой переулок. Он привязал к лапе совы письмо и шёпотом сказал ей адрес, и так же – куда доставить ответ. После чего вернулся домой.
Через полчаса в его окно застучал птичий клюв. Ответ Дамблдора был сухим и деловым. Но он назначил встречу на той самой Лысой Горе, где у Снейпа была первая дуэль, и это уже кое- о чём говорило , потому что это было , в общем-то место для убийств.
(Все следующие события сперва кажутся вполне понятными и обоснованными, но если подумать. . .Вопрос в том, знают ли Дамблдор и Волдеморт про легилименцию друг друга. Вот тут приходится опять думать логически. Волдеморт явно не должен знать, что Снейп умеет защищать своё сознание, потому что тогда он не доверял бы ему так. Тогда выходит, что он не должен знать и о том, что Дамблдор специалист по легилименции. Потому что иначе он не стал бы посылать Снейпа шпионить в школу (Или не шпионить. Вообще не стал бы его туда посылать). Ну да, Дамблдор - то использует этот свой дар как - то скромно и тайно. А вот Волдеморт не скрывает, что умеет залезать в чужие мозги. То есть, Дамблдор, скорее всего, про легилименцию Волдеморта уже знает. Тогда почему он посылает Снейпа шпионить? Или ему совершенно наплевать на то, что с парнем произойдёт, или он знает, что Снейп способен противостоять легилименции.
И ещё, конечно, очень интересно то, что Снейп, если он умный человек ( а он умный, это факт) не мог не понять, что Дамблдор уже давно должен был вычислить, что Лили грозит опасность. То есть просто предупреждать Директора об этом, рискуя свой жизнью, не было необходимости. )
На горе было темно, холодно и мокро. Снейп ходил взад - вперёд и боролся со своим воображением — он то и дело начинал видеть, в разных вариантах, как Волдеморт убивает Эванс. А ещё он не мог не думать о том, что же сделает с ним Тёмный Лорд, когда узнает об его предательстве, и ему становилось время от времени просто физически страшно. «Можно сделать для себя быстродействующий яд», -- прикидывал он.
Тут в воздухе что-то мощно вспыхнуло белым светом, и сразу же Снейпа ударило волной магии. Ноги подогнулись, и он упал на колени, а волшебная палочка влетела куда - то из его руки. Теперь пред ним, грозной фигурой, возвышался Дамблдор. Нападение было очень неожиданным, и Снейп испугался, что Директор сейчас пришибёт его сгоряча – а это было бы некстати.
- Не убивайте меня!—воскликнул он на всякий случай.
- Это не входило в мои планы, -- ответил Директор.
Его тон был неожиданно спокойным, словно и не было этой внезапной атаки.
«Значит, он просто хотел лишить меня возможности защищаться или удрать от него. Отлично».
Дамблдор возвышался над Снейпом в развивающейся на ветру мантии и зачем - то подсвечивал своё лицо снизу палочкой, отчего оно казалось незнакомым и зловещим. Хотя Снейп сам организовал для себя эту ситуацию, сейчас он чувствовал себя очень неуверенным и слабым. Директор просто подавлял его своей огромной магической энергией. Кроме того, Снейп был измучен тревогой за Лили и чувством вины, и сейчас он начал понимать, насколько ему трудно будет сохранять самообладание во время этого разговора. Он стоял перед Директором на коленях, и это вызывало у него мучительное ощущение дежа - вю. «Почему они так похожи?— подумал он. -- Это не должно быть так. Они же.. .они же разные!»
- Ну, Северус, что за послание для меня у Лорда Волдеморта?
- Нет.. . нет никакого послания! Я здесь по собственной воле!
Снейп судорожно схватил себя за руку—ему показалось, что Метка как-то ожила, зашевелилась под кожей, и ему пришла бредовая мысль, что Волдеморт прямо сейчас, через Метку, может услышать этот разговор.
- Я пришёл, чтобы предупредить...Нет, с просьбой...Пожалуйста...
Только сейчас в сознании Снейпа мелькнули воспоминания: лицо Лили, которое он видит сверху, её начинающаяся улыбка… шаги невидимых фестралов среди тёмного леса в ночь после выпускного…. качели на детской площадке, скрученные в бесформенный комок его собственной магией. Но он с возмущением отбросил эту, так и не выраженную словами, мысль. Да, Эванс предала и бросила его, но это ничего не меняло, и думать об этом было недостойно.
Дамблдор тем временем сделал защитный барьер вокруг них — видимо решил, что Снейп уже достаточно полюбовался на то, как красиво развивается на ветру его мантия.
- Какая же просьба может быть ко мне от Съедающего Смерть?- спросил он.
«Неужели в Ордене действительно ничего не поняли? – удивился Снейп. – Не может быть!»
Тут он почувствовал, что Директор снова старается залезть в его сознание. Хотя он пришёл сюда как раз для того, чтобы поделиться информацией, но он не хотел, чтобы это происходило таким вот образом. Поэтому он, так же как и тогда, в Кабаньей Голове, представил себе стену — но теперь она была сложена из больших, грубо обтёсанных камней. Снейп сильно сомневался, что у него что-то выйдет, потому что сейчас он был безоружен. Но окклюменция была магией только отчасти, а отчасти – просто способностью контролировать своё сознание, доступной даже магглам, поэтому какой-то шанс на удачу у него был. Директор слегка моргнул, среагировав на это сопротивление.
- Пророчество...Предсказание... Трелони.. . – Снейпу было трудно одновременно разговаривать и обороняться от легилименции Директора. Поэтому он выдал только ключевые слова. Он чувствовал себя, как после бега, когда не хватает воздуха. Но зато, по его ощущениям, Дамблдору снова не удалось проникнуть в его мысли.
- Ах, да, -- сказал Директор. Его интонация была откровенно фальшивой.
«О нет, он всё знает и понимает! »
- И как много вы пересказали Лорду Волдеморту?
Снейп уткнулся взглядом в землю – это позволило ему престать защищаться, и он ответил внятно:
- Всё! Всё, что я слышал! И поэтому—по этой самой причине—он думает, что там говорится о Лили Эванс!
- Но в пророчестве не упоминается женщина.
«Да он просто издевается! Строит из себя идиота!»
- Там говорится только о мальчике, который родится в конце июля...
- Вы знаете, что я имею в виду! – воскликнул Снейп, уже разозлённый всем этим спектаклем. – Он думает, что там имеется в виду её сын, он собирается поймать её – и убить их всех.
Он искоса взглянул на Директора. Вроде бы тот оставил попытки легилименции.
- Если она так много значит для вас, -- сказал Дамблдор, чуть пожав плечами. – Наверняка Лорд Волдеморт пощадит её. Разве вы не можете попросить у него помилования для матери в обмен на сына?
- Я уже..я уже просил его, -- ответил Снейп, передёрнувшись.
- Вы мне отвратительны! – вдруг отрезал Директор с безмерным презрением в голосе.
Снейп был ошарашен его словами и интонацией, потому что не понял, почему такая реакция была именно на слова о том, что он просил своего босса не убивать Эванс. Но в следующие секунды всё прояснилось:
- Вам нет дела, значит, до того, что умрут её муж и её ребёнок?
«А мне и вправду нет дела. Я просто не думал про них. Но он прав. Если бы они погибли, да ещё и на её глазах, то её жизнь была бы разрушена, даже если она осталась бы в живых...»
- Пусть они умрут, а вы тем временем получите то, что вы хотите?
Снейп коротко поглядел на Директора. Теперь он был шокирован, что Директор так интерпретировал его попытки спасти Эванс. Он был даже совсем не против, чтобы Дамблдор прочитал это его искреннее возмущение. Но старый маг и вправду уже перестал пытаться сканировать его сознание.
Снейпу представилась Эванс, с застывшим лицом, непоправимо несчастная. Да, он готов был убить Джеймса, и он убил бы его, если бы столкнулся с ним в бою. Но это было тогда, когда он по кусочкам уничтожал свою любовь к Лили. Сейчас, когда эта любовь вернулась полностью и, видимо, бесповоротно, он с удивлением понял, что хочет, чтобы Джеймс тоже спасся --- для того, чтобы Эванс никогда не чувствовала того полного отчаяния, которое было с ним, когда он смотрел вниз, в темноту, из бойницы Астрономической башни.
- Спрячьте их всех, всех, -- сдавленным голосом сказал Снейп, всё ещё видя опустошённое лицо Эванс. -- Пусть она. . . они. . будут в безопасности…
- А что ты предложишь мне взамен, Северус? – спросил Дамблдор.
«Вот оно. То, чего я хотел. Он думает, что сейчас он манипулирует мной, но на самом деле всё не так -- это он делает то, к чему я его вёл».
Снейп посмотрел прямо в глаза Дамблдора – в эти неожиданно красивые глаза с длинными ресницами на замаскированном бородой старческом лице. Подсвеченные снизу светом волшебной палочки, они словно светились сами холодным голубоватым светом, как экран телевизора. И вдруг, без всяких усилий, эти глаза действительно стали экраном, порталом, и Снейп увидел и почувствовал, чётко, как никогда раньше то, что происходило сейчас в чужом сознании.
Он услышал фразу, произносимую задумчивым голосом Директора: «Ещё немного пристыдить? Или он уже готов? Или всё же сказать, что он продал свою любовь за подачки Волдеморта?» И при этом он чувствовал, как Директор спокойно и отстранённо наблюдает за ним, стоящим на коленях, не чувствуя на самом деле ни гнева, ни презрения. Вместо этого было только чувство долга. И необходимость получить….
Глаза Дамблдора снова стали просто глазами. И смотрели они сейчас с лёгким удивлением.
«Во всяком случае сейчас - то я точно знаю, что от меня потребуют. То, что я сам предложил бы ему через пару минут, если бы он ещё продолжил это шоу, -- подумал Снейп. -- Поэтому ему я спокойно могу сказать…»
- Всё что угодно, -- сказал он вслух, после затянувшейся паузы.
- Как вы понимаете, мне нужна информация,-- тон Директора явно стал мягче.
- Понимаю. Я расскажу всё, что знаю.
- Конечно. Но, сперва, мне нужна ваша клятва. Мне надо, чтобы вы говорили правду. И чтобы потом вы говорили правду тоже, и чтобы вы делали при необходимости то, о чём я вас… попрошу.
( Директор явно не мог просто взять со Снейпа честное слово, без каких - то магических гарантий. Война есть война. С чего бы это ему было доверять такой подозрительной личности? Это было бы глупо, а глупостей Дамблдор не делает. И он не романтик ни разу.)
- Как? Неужели вы не слышали про легилименцию Тёмного Лорда? Я вряд ли переживу первую же встречу с ним.
-Да, конечно я знаю о способностях вашего хозяина. И я понимаю грозящую вам опасность. Но не исключено, что вам удастся продержаться. . некоторое время. Вы уже два раза вполне удачно противостояли моей легилименции. Один раз даже без волшебной палочки. И именно поэтому я вам предлагаю сейчас сотрудничество.
- Спасибо, но. . . Там я не смогу действовать вот так! Он просто сразу убьёт меня, если я не впущу его в мои мозги!
Директор кивнул.
- Конечно. С вашим хозяином вам придётся действовать по - другому. Но вы очень талантливы, и у вас может получиться. Вам надо раздвоить своё сознание. Выделить отдельную личность, которая будет общаться с Тёмным Лордом. Того Серверуса Снейпа, который действительно верен ему, который думает и чувствует так, что ему незачем бояться легилименции хозяина.
- Но.. .но как это сделать? Какое-то заклинание? Вы ...скажете мне?
- О нет, это относится к более высокой магии, чем та, которая требует заклинаний. Это или получается, или нет. Но у вас есть шанс – я уже сказал вам, что считаю вас очень одарённым. Поэтому я всё же хотел бы, чтобы вы дали обет.
Снейп кивнул, обдумывая слова Директора. Сам - то он уже был уверен, что это один из его последних дней в качестве живого существа, и слова Дамблдора неожиданно дали ему надежду. А жизнь теперь была действительно нужна ему -- для того, чтобы посвятить её спасению Эванс.
- Я не буду связывать вас клятвой полного подчинения. Эта клятва может приводить к ненужным и неожиданным побочным эффектам . Так же я не думаю, что вы сильно боитесь смерти, -- Директор проницательно поглядел на Снейпа — И поэтому Нерушимый Обет—это не для вас. Это будет просто магически подкреплённое обещание.
«Как тогда, в школе», -- подумал Снейп.
- Вы уже имели дело с этим приёмом. Но, так как ситуация может резко меняться, и никто не знает, какие действия будут необходимы, я предложил бы вам следующие условия. Вы клянётесь, что обязаны будете выполнить любую мою просьбу, которая будет начинаться с кодовых слов. Ну, допустим. . . Со слов: «Я действительно прошу вас об этой услуге». Я, конечно же, не буду злоупотреблять этой. . .возможностью. Только в рамках необходимого. Ваше согласие будет закрывать магически обеспеченное требование – то есть если после вашего согласия я прошу что-то, не произнося снова кодовую фразу, то вы не обязаны. . .
Снейп слушал его уже в пол- уха. «Да, Директор верен себе – ничего лишнего, никакого ненужного садизма. ..Но так, что не спасёшься», -- думал он. Мелкие камни уже давно впечатались в колени, казалось, что они уже начали ввинчиваться в кости. Но Снейп не делала попыток встать— он подозревал, что для такой серьёзной клятвы Директор поставит его на колени снова.
- Если вы нарушите свою клятву, то вас, конечно, ждут неприятные последствия.
- Такие же, как тогда? Я так и не узнал . . .
- Нет. Хуже. Извините, но гораздо хуже. Вы же понимаете, что я не мог планировать для школьника серьёзную кару. Но сейчас. . Поверьте мне , это не доставляет мне никакого удовольствия. Это необходимость.
- И это не смерть. Что же это?
- Я вам не скажу. Вам лучше не знать. Но – я, право же, не советовал бы вам нарушать клятву.
Снейп снова кивнул. Он не собирался этого делать, и он сомневался, что то, что приготовил Директор в качестве кары, будет хуже той расплаты за предательство, которое ждёт его от Волдеморта при разоблачении. Так что на него это всё не произвело особо большого впечатления. Он достиг своей цели, и от этого его отпустил тот ужас, который он ощущал со времени разговора с Тёмным Лордом. Вместо ужаса не некоторое время пришла апатия.
Он машинально повторял за Дамблдором слова клятвы и смотрел на сияющие потоки магии, которая эту клятву скрепляла.
Потом он наблюдал, как Директор тихо произносит свою часть клятвы. Шумели ветер и дождь, которые, благодаря защитной магии Дамблдора, были для них только звуком. Но из-за них Снейп не мог разобрать слов Директора. Впрочем, он и не старался. Всё равно он мог поклясться только в том, что произнёс, ничего нового Директор был добавить не в силах, даже если бы захотел. А детали его не интересовали.
- Теперь я хотел бы, чтобы вы, для начала, сообщили то, что сочтёте полезным о вашем Лорде и его прислужниках. .. Сейчас я активизирую клятву и попрошу вас говорить только правду. Будьте внимательны.
Снейп, сидя на пятках, рассказывал Дамблдору об организации Съедающих Смерть и о методах и способностях Волдеморта. Он думал о том, что предаёт людей, которых он считал своими друзьями, людей, которые считали другом его. Он всегда считал, что предавать – это нехорошо, и это было для него действительно важным принципом. Но в эти часы его принципы разбивались, как оконное стекло, разлетались осколками. Вместо принципов осталось только счастливое лицо Эванс.
- Хорошо, благодарю вас. В следующий раз давайте встретимся здесь ровно через десять дней в это же время -- если вы останетесь живы, конечно… Да—вы, наверное, знаете, что у вас есть талант и к легилименции тоже. Было бы полезно, для нашей общей деятельности, если бы вы его развивали и использовали.
Как только Директор исчез, дождь и ветер снова заполнили всю вершину холма. Полетели листья. Снейп в темноте ползал по мокрой и грязной осенней траве, ощупывая её замерзающими пальцами. При этом он вслух очень негативно оценивал и Дамблдора, и Волдеморта, и вообще мир в целом. Это так он пытался найти свою волшебную палочку. Искать явно можно было до утра, потому что улетела она далеко, и Снейп не смог заметить направление.
- Хоть бы фонарик оставил, что ли! – возмущался он вслух. – Ну что за свинство!
Темно было абсолютно, очень холодно и мокро. Снейп вспомнил, как когда - то, на этом самом месте, он в первый раз убил человека. Фактически – двух. Нет, ему не стало страшно. Но сейчас вспоминать об этом ему было неприятно.
« Как вообще он может про Лили говорить «получить то, что хотите»? – думал Снейп, всё ещё переживая свой разговор с Директором. -- Она - то не вещь. Это я – вещь, проданная и перепроданная снова и снова. Да как он вообще это себе представляет, гоблин его поимей?? О! Если бы Волдеморт согласился пощадить её для меня —КАК бы он это сделал???»
Об этом он тоже как -то не подумал. Снейп представил себе пленную Эванс, которую Волдеморт притаскивает ему в качестве трофея. Лили, рыдающая…Лили, бледная и вроде бы спокойная, но с горящими лютой ненавистью глазами…Лили, доброжелательная и покорная, всем довольная и на всё согласная… Вот это было хуже всего – её тело, в котором усыпили её настоящую душу и заменили подделкой.
«Так что даже если бы он вдруг согласился её пощадить, я всё равно бросился бы к Директору, как только додумал бы до этого места»,-- решил Снейп.
Мантия уже совершенно промокла от ливня. Палочка не желала находиться. Он продолжал разговор с самим собой, потому что больше говорить ему было не с кем.
«Да, это всё -- моя вина, моя страшная вина. Хотя я не знаю, по - прежнему не знаю, когда я мог поступить по - другому, когда я ошибся. Когда уничтожил дерево с золотыми цветами? Когда я сказал Эйвери, что согласен? Или каждый раз, когда отвечал атакой на атаку, когда я пытался защитить себя и единственное действительно ценное в моей жизни? Или когда здесь, на этом холме, думал, что делать с Пророчеством, и когда я решил не думать о неизвестных мне матерях и младенцах? Когда я убивал? Когда всё же научился, ненадолго, любить эту жизнь? Не знаю! Каждый раз -- я не мог по - другому! Я – такой, какой я есть. Тогда, получается, что я виноват каждым моментом своей жизни. Может быть, Поттер был прав, что ненавидел меня за то, что я есть на свете».
Его пальцы наткнулись на гладкое дерево. Он схватил своё оружие и ойкнул, уколовшись о шип. Они давно уже не вырастали на его волшебной палочке, и он забыл о привычке хватать её осторожно.
«Ну ничего. Я думал, что не умею просить – но я научился, мгновенно научился ради неё. Я не умел предавать – но я же смог, и тоже ради Лили. И теперь, именно ради неё, я должен выжить».
Сделав вокруг себя защитную сферу и высушив одежду, Снейп сидел тут довольно долго, слушая дождь и шум почти невидимых деревьев. Он спиливал щипы со своего оружия и обдумывал совет Дамблдора. «Да, надо научиться действительно думать и чувствовать так, чтобы не вызывать у Красноглазого подозрений. И тут нельзя играть, всё должно быть правдой -- пока я рядом с ним. Вот например. . например, действительно воспринимать Эванс, как вещь, которой можно завладеть. Да, если заставить себя поверить, что я хочу спасти её именно для себя, Красноглазый отнесётся к этому спокойнее. Ему это должно показаться более нормальным».
Это было кощунством. Но Снейп понимал, что теперь он не сможет просто прятать свою любовь – поэтому её надо маскировать под нечто более приемлемое для своего начальника.
Всю ночь, в полусне, и весь следующий день Снейп пытался сделать то, что посоветовал ему Дамблдор – то есть разделить своё сознание на две отдельные личности. Но у него ничего не выходило. Он не мог сделать так, чтобы воспоминания о вчерашней беседе с Директором исчезли, хотя бы на время. И он не мог заставить себя думать о Лили, как о вещи, потому что это было слишком гадко. К вечеру он уже пришёл в отчаяние и решил, что у него ничего не выйдет.
Но тут Метка начала нагреваться. Его звали. «Сейчас скажет, что всё равно убьёт её! -- подумал Снейп со злобой. -- А потом он увидит, что я его предал, и…» Он закрыл глаза, глубоко вздохнул . . . То, что он старался себе внушить, стало его собственными чувствами.
Через пару секунд гостиная опустела.
Снейп аппарировал возле дома, в котором обитал теперь Тёмный Лорд—это был уже не малфоевский особняк, а другой, не менее роскошный. В холле дежурил эльф с особенно большими и развесистыми ушами.
- Где наш Лорд? – спросил Снейп.
- В кабинете на втором этаже, от главной лестницы направо, потом по Восточному Коридору, потом….
Хотя эльф видел Снейпа чуть ли не каждый день, он каждый раз церемонно объяснял ему, как куда пройти, словно этот гость был в доме в первый раз. Снейп, не слушая дальше, поспешил по знакомому маршруту.
- Мой Лорд?
Стоя в дверях, Снейп поклонился, и теперь смотрел на Волдеморта, прищурив глаза. Он вспомнил очень отчётливо вчерашнюю сцену, когда Тёмный Лорд всё же вынудил его ползать перед собой по полу. А дальше… .а дальше ничего не было. Сейчас он с тревогой ждал решения Волдеморта . «А если он откажет? А если он всё же потребует от меня что-то непотребное?— думал Снейп с большой тревогой.—Просто ,чтобы поиздеваться? А вот я не знаю, что я буду делать...»
- Я обдумал всё, и я решил...Я решил, что подарю тебе эту девочку, -- сказал Волдеморт после напряжённой паузы.
У Снейпа было чувство, словно он долго ломился в дверь, а потом неожиданно оказалось, что она не заперта, что её просто нужно было не толкать, а потянуть на себя.
- О, благодарю, мой Лорд! – воскликнул он очень искренне. – Но что я должен....
- Ничего. Мне не нужно от тебя никакой платы.
«Получить Лили… Чтобы она оказалась в моих руках, в моём доме. ..Империус—это слишком грубо, но зелья. . .»
-Знаешь, вчера я подумал, что потребую от тебя что-то изобрести в обмен на жизнь этой девочки, что-то чрезвычайно сложное. Что я воспользуюсь этим твоим страхом за неё, как стимулом для тебя. И мне нужно было время, чтобы понять, какое именно новое зелье мне особенно нужно. Но потом я понял, что ты и так приложишь все усилия, чтобы выполнить очередное моё задание — так же, как ты делал это всегда. И ещё я подумал, что из благодарности ты будешь творить лучше, чем из страха. Страх – он хорошо действует на рабов, а не на таких, как ты.
«В школе не вышло, но сейчас.. . Оборотней этих тут стада, я могу выбрать самый лучший хвост.. . Она будет .. Всё будет...»
Волдеморт немного помолчал и продолжил:
- Мне нелегко далось это решение. Ты же знаешь, я никогда не милую врагов, это мой принцип. А я очень не люблю нарушать свои принципы. Цени это.
- Мой Лорд...
- Я не требую от тебя таких же проявлений благодарности, как от всех. Я вчера убедился, что тебе это не идёт. Просто помни об этом. Я всем скажу, что Лили Эванс убивать нельзя.
Глаза Волдеморта стали огромными, словно они приблизились отдельно, оставив лицо где-то сзади. Снейп чувствовал, что его голова гудит и начинает кружиться от этой легилименции. Волдеморт ещё никогда влезал в его сознание с такой силой.
- Как тебе удалось скрывать от меня мысли об этой девочке? – спросил Тёмный Лорд, ослабив свою магию.
-Мой Лорд, я скрывал её не от вас, а от себя. Я старался её забыть. Я не думал о ней.
Это было правдой, и Волдеморт кивнул.
- Это всего лишь возраст, -- сказал он с заметным облегчением. -- Ты успокоишься, когда получишь её.. Нет, на самом деле, я могу понять, почему ты не смог её забыть. Она -- особенная ведьма, такие могут быть очень полезны тому, кому они принадлежат. Но не больше. Женщина должна быть магической поддержкой для мужчины, и только в этом и должна заключаться их роль в нашей жизни. Знаешь, почему я вчера немного поиздевался над тобой? Для того, чтобы ты запомнил – привязанность делает тебя зависимым, а значит – слабым. Поэтому любовь -- это зло. Тебе надо взрослеть. У тебя в голове слишком много глупостей, достойных только подростка -- маггла. При твоём таланте ты удручающе инфантилен. В любом случае, она скоро будет у тебя. Возьми – купи что - нибудь приличное из мебели, что ли.
И он протянул ему очередной золотой слиток—который лежал наготове перед ним на столе.
- Так вот, мне нужно, чтобы ты подумал над следующей задачей. Что-то, что могло бы делать великанов более сговорчивыми и управляемыми, но так, чтобы они не заметили этого. Может быть, запах?
После обсуждения этой новой задачи Снейп вернулся к себе домой.
Заперев дверь, он закрыл глаза и потёр лоб, помогая этим жестом выпустить ту часть своей личности, которую он перед этим постарался забыть. Когда у него неожиданно получилось поверить в то, во что он поверить старался, ощущение было сложно описуемым, но больше всего это походило на то, как если бы часть его души с щелчком свернулась в небольшой комочек и забилась куда -то в далёкие глубины его сознания. Зато освободилось нечто другое, тёмное. Освободилось то, что он старался сдерживать всю свою жизнь -- даже до сих пор, несмотря на всё, что с ним происходило в эти последние годы. Теперь, с тем же тихим щелчком, его настоящая личность вышла на первый план и взяла на себя руководство.
Снейп упал в кресло и закрыл глаза. От всего происходящего голова у него очень ощутимо шла кругом.
«Значит так..Я завербовался агентом к Дамблдору и дал ему какую -то жуткую клятву, потому что был уверен, что Красноглазый откажет мне в моей просьбе. Но Волдеморт…он проявил совершенно неожиданное благородство по отношению ко мне. Причём ему же трудно было решиться на такое необычное поведение, я же видел! А Дамблдор… А Дамблдор вёл себя столь цинично, что это сделало бы честь даже корыстному гоблину – если бы гоблин мог оказаться в подобной ситуации. Он старался меня деморализовать и запутать, пользуясь тем, что мне уже и без него было хреново, а потом стал требовать от меня отработку за то, что он будет прятать от своего самого злейшего врага своих любимых учеников, своих друзей и членов своего же трахнутого Ордена. Ах да —и ещё за то, что он будет заодно прятать мальчика, на которого пророчество указало, как на надежду всего европейского светлого магического сообщества! Но фокус в том, что Дамблдор, таким вот циничным образом, предложил мне то, чего я сам хотел больше всего на свете. И даже дал умный совет, как мне при этом остаться в живых чуть подольше…Интересно, кто выглядит более трогательно—Тёмный Лорд, который жутко стесняясь, проявляет нормальные хорошие человеческие чувства, или лидер светлых сил, который ведёт себя столь отвратительно во имя благой цели? Ох, боюсь, что трогательнее всего в этой ситуации выгляжу я сам. Приходится признать, что я и вправду отношусь к этому редкому виду дебилов: псих, который любит с детства и навсегда, и который готов умереть ради девушки, которая всегда использовала его в качестве коврика для вытирания ног. Ну и пусть. Главное, что теперь два самых сильных мага современности, два врага, пообещали мне -- каждый по - своему – что сохранят жизнь Эванс».
Снейп сперва был даже в некоторой эйфории от этого своего достижения, а так же от того, что ему удалось применить подсказанный Дамблдором метод и развести Тёмного Лорда. Но потом он вспомнил, каким гадкие желания у него были во время этого разговора, и ему стало тошно от самого себя.
«Проблема в том, что это — тоже я. Всё это во мне есть. Это отвратительно,- решил он. – Но мне придётся раз за разом встречаться этим моим Я, мне придётся выращивать его, делать всё сильнее и заметнее. «Ты должен повзрослеть…» Сегодня он вломился в мой сознание гораздо глубже, чем обычно. Надо, чтобы он был мною доволен, и тогда меньше вероятность того, что у него часто будет появляться желание всерьёз хозяйничать в моей голове. Я должен научиться думать и чувствовать так, как хочет он. . .»
Он вспомнил, как у него неожиданно получилось заглянуть в сознание Директора. «Это была настоящая легилименция! Дамблдор сам мне про это сказал! Он, думаю, расслабился, потому что не ожидал от меня такого. Увидеть его мысли – это потрясающее достижение! Надо работать над легилименцией. ... Потому что…Потому что боюсь, что моих собственных гадких мыслей может и не хватить. «Ты должен повзрослеть»… Я должен понять , как думают и чувствуют эталонные Съедающие Смерть. И в этом как раз мне поможет легилименция. Я буду учиться у старших товарищей».
На следующий день Снейп начал работать над приманкой для великанов. Было совершенно необходимо продемонстрировать всё же Тёмному Лорду свою благодарность. Сперва он никак не мог сосредоточиться на работе. Но постепенно сложная задача увлекла его.
Через несколько дней к нему зашёл Макнейр, один из свиты Волдеморта. Ему было нужно зелье для лечения загноившихся царапин – на руках, горле и даже на щеках. Он уже три раза до этого заходил к Снейпу со разного вида колото- резанными ранами, похожими то на следы зубов, то на следы когтей. Он придумывал каждый раз разные истории, и теперь Снейп решил между делом потренироваться на нём в легилименции. Он вспомнил, как смотрел в глаза Дамблдора на Лысой Горе, почувствовал, как в районе переносицы словно что-то тонко щёлкнуло—и глаза Макнейра стали экраном. Снейп схватился за стул, возле которого стоял.
Фу! Это были гнусные картины, смешанные с ощущением тяжёлой и отвратительной радости. Запах крови. . . Девушка в крови.. В зелёной крови. Нет, не человек-- русалка.
- Я был на рыбалке, -- бубнил Макнейр, -- Гигантский ёрш. .
Снейпу очень захотелось его отравить. Но он этого не сделал, потому что теперь ему категорически нельзя было рисковать зря. «Но этому я учиться не буду, —решил он. - Это уже слишком. Найду в качестве образца кого-то не такого жуткого».


* * * * * * * * * * * * *


Волдеморт вскоре вплотную занялся поисками Поттеров. Этому вопросу было посвящено специальное собрание.
- Среди нас есть люди, которые видели тех, кого мы ищем, но немало и тех, кто не знает, как они выглядят. В сознание тех, кто не видел Джеймса Поттера и Лили Эванс, я впечатаю их образы сам.
И Волдеморт это сделал —маги постарше, которые не учились в Хогвартсе с Джеймсом и Лили, походили к нему по очереди и смотрели в глаза. Снейп очень надеялся, что Волдеморт пользуется для этого своими собственными мимолётными воспоминаниями, а не тем, что он увидел в мыслях Снейпа.
Теперь все Съедающие Смерть знали, что их хозяину очень нужны Джеймс и Лили Поттер и их ребёнок, и что они нужны живыми. Каждый надеялся, что в этом своеобразном соревновании повезёт именно ему, и они, по одиночке или группами, старались выполнить заказ своего Лорда. Снейп тоже делал вид, что занят выслеживанием своих бывших соучеников. Он даже посетил пару матчей по квиддичу -- якобы рассчитывая встретить там Джеймса.
Никто, конечно, не сомневался, что убежище Поттеров охраняет заклинание Доверия, так как оно было самым эффективным средством защиты. Поэтому важно было найти того, кто смог бы выдать хотя бы примерное расположение дома, где они скрывались. Лучше всего, конечно, было бы схватить Хранителя, но Хранителей, как правило, прятали очень хорошо. В принципе, была вероятность, что Поттеров увезли за границу, но Тёмный Лорд считал, что они, скорее всего, спрятаны где-то в Британии:
- Дамблдор вряд ли согласится выпустить столь драгоценную для него семью из сферы своего влияния. Он держит их где-то недалеко от себя, -- говорил он своим подчинённым.
Поиски пока ничего не давали.
Снейп совершенствовался в разделении двух своих личностей. Когда он был рядом с Волдемортом, его настоящее Я пряталось, но продолжало ощущаться какой-то частью сознания – как, например, ощущается работа совести, даже когда её старательно игнорируют и не хотят её замечать.
Ещё он пользовался легилименцией, и она получалась у него всё лучше и лучше. Правда, Снейп мог залезать в чужое сознание только очень слегка, поверхностно, чтобы никто не замечал, и поэтому видел только то, о чём человек думал в данный момент. И получалось, конечно, не со всеми. Некоторые сразу настораживались, несколько человек просто всё время закрывали своё сознание – видимо, это была уже привычка. А в глаза, например, Беллатрикс вообще заглядывать было небезопасно, потому что она за такое могла и напасть без предупреждения.
Снейп никогда не считал себя человеком особенно хорошим, и за последние годы он наделала немало такого, что в образ порядочного мага никак не вписывалось. Но теперь, когда он освоил легилименцию, он понял, что действительно продолжал, несмотря ни на что, оставаться существом, отличающимся от прочих Съедающих Смерть. У него не было, несмотря на все его мрачные его мысли, несмотря на жесткость характера, несмотря на грубость и цинизм—у него не было этого жгучего желания унизить, растоптать, сожрать, пить чью - то боль , которое он видел у всех эталонных Съедающих Смерть. А вот у них это желание было принципом жизни.
« Я должен стать более похожим на них, -- думал Снейп, когда мог думать свободно. – Специфика моей шпионской работы в том, что внешней маскировки мало. Мне надо работать над собой. Но как же это гадко!».
Волдеморт, примерно через неделю после того, как обещал не убивать Эванс, пригласил Снейпа на обед. Это было небрежно написанное письмо, а не вызов через Метку, и Снейп уставился на чёрный листок с горящими зелёными буквами, спрашивая себя, не бредит ли он и всё ли он правильно понял. Дело было в том, что, как все прекрасно знали, свои трапезы Тёмный Лорд разделяет только с двумя самыми близкими существами – с Нагайной и с Беллатрикс. Даже муж Беллы, хотя он, казалось бы, был тоже существом довольно близким, никогда не получал подобного приглашения. И, если даже Волдеморт удостаивал кого - то особой части и приходил на какой- либо приём, он никогда там ничего не ел и не пил. Конечно, ходило немало легенд, одна страшнее другой, о том, чем именно питается Тёмный Лорд. Говорили, что именно в его особой диете секрет его неуязвимости. Но Снейп подозревал, что Волдеморт просто не хочет, чтобы Съедающие Смерть видели, что он тоже ест, как все прочие люди, и что ему отправление этой естественной потребности кажется почти столько же интимным, как, допустим, поход в туалет или секс.
И вот Снейп отправился на этот, столь почётный, обед. Домовой эльф проводил его в небольшой зал, с красиво накрытым столом посередине. У камина стояла, скрестив руки, Беллатрикс. Она еле кивнула в ответ на приветствие.
Снейп ещё раз посмотрел в сторону стола. Еда на нём была совершенно нормальная — и роскошная, судя по виду. «Конечно, возможно, вон в том сосуде с длинным носиком—кровь маггловских младенцев. Но что-то я не слышал, чтобы кровь подогревали на огне». Небольшой чайничек, которым заинтересовался Снейп, стоял на горелке с голубым магическим пламенем.
Один огромный стул, похожий на трон, предназначался, конечно, Волдеморту. Слева от него стоял стул поменьше, а с другой стороны Снейп, с некоторым удивлением, обнаружил небольшой диванчик. И напротив трона Тёмного Лорда — ещё один стул с высокой спинкой.
Через некоторое время в зал вошёл Тёмный Лорд, как всегда, в компании Нагайны. Он поприветствовал Снейпа и Беллу взмахом руки, и уселся на трон. На диванчике разлеглась змеюка, на стул рядом с Волдемортом села Белла, а Снейпу досталось место напротив Тёмного Лорда.
Этот обед произвёл на Снейпа странное впечатление. Нагайна молчала и только помахивала хвостом, Белла дулась, а Снейп и Волдеморт вели какую -то простенькую беседу. При этом Тёмный Лорд выглядел очень довольным происходящим. Снейп решил, что он просто устал каждый раз есть в компании своих мрачноватых подружек, и поэтому и удостоил его такой высокой чести.
Питался Тёмный Лорд совершенно так же, как и все нормальные люди. А в таинственном сосуде оказалось какао. Когда, под конец обеда, это обнаружилось, Снейп был удивлён куда больше, чем если бы это и вправду была кровь. Беллатрикс Тёмный Лорд какао не предложил, а Снейпу предложил, но тот отказался, так как не любил сладкие напитки.
В назначенное время Снейп снова ждал Директора на Лысой Горе. Дамблдор появился теперь гораздо более скромно, без пиротехнических эффектов. Снейп заметил в его взгляде любопытство, и, пожалуй, даже уважение.
- Хм, у вас всё же получилось, -- сказал Директор с такой интонацией, словно он принимал экзамен у способного студента. – Вы очень талантливы, молодой человек! Жаль только…
- Жаль только, что я всё равно скоро сдохну? – спросил Снейп.
- Я имел в виду другое, - ответил Дамблдор, слегка поморщившись. – Жалко, что бОльшая часть ваших талантов идёт не на благие цели.
Снейп ничего не ответил. Он вспомнил про почти готовый к испытаниям препарат для приручения великанов, и представил очередную стену, защищавшую его мысли от легилименции Директора.
- Ну что, вы будете активировать клятву? – спросил он.
- Да, конечно, сейчас….Я просто попрошу вас говорить правду. Знаете, я с помощью определённых заклинаний смог бы, скорее всего, легко разрушить вашу окклюменцию. Но всякое грубое вторжение в сознание может плохо повлиять на таланты и магические способности.
- Да, я, конечно, знаю об этом. И, думаю, от слишком жёсткой легилименции Тёмного Лорда меня спасает именно то, что он тоже ценит мои мозги и боится их повредить.
- Видимо, вы правы. Хотя мы с вашим Хозяином ценим совсем разные ваши таланты, но да – ваши многогранные способности заставляют обращаться с вами бережно.
Снейп рассказал те новости, которые могли быть интересными для Ордена. Например, про то, что готовится налёт на дом сестры Беллы и Цисси, которая несколько лет назад вышла замуж за магглорождённого, и родила дочку.
Выслушав всё, Директор предложил удобный способ обмениваться предварительной информацией:
- Вы, конечно, знаете лавку с ингредиентами для зелий, ту, что совсем рядом с поворотом в Косой переулок? Никто не удивится, что вы туда часто заходите.
- Я туда и так часто захожу, – сказал Снейп.
- Тем лучше. Там вас будет ждать конверт с датой нашей очередной встречи. И вы, в свою очередь, можете, если появится срочная информация, оставлять у хозяина конверт с запиской. Но не пишите ничего конкретного, только время встречи, и насколько это срочно.
Через несколько дней Тёмный Лорд снова пригласил Снейпа разделить с ним и с его подругами завтрак. Потом последовало ещё одно приглашение— и так далее. Все Съедающие Смерть были чрезвычайно заинтригованы этой новой привилегией Снейпа, и многие осторожно расспрашивали его, чем же питается Тёмный Лорд, Но Снейп отвечал, что он не безумец и не кретин, чтобы разглашать эту важную тайну.
Постепенно Снейп начал понимать, что Волдеморт, устраивая эти посиделки, видимо, пытается реализовать свою детскую мечту. Он просто видел приютского мальчика, который разглядывает сцену уютного семейного ужина на картинке в книжке, или, например, заглядывает вечером в чужие освещённые окна, наблюдая такую же идиллию.
«Нагайна, видимо, играет роль домашней собачки. Хотя для этого у них слишком странные отношения. А вот я? Роль сына? Или племянника? А какао? Это тоже явно какой-то детский фетиш».
Да, у Тёмного Лорда никогда не было семьи, и даже не было своего дома. Вся его жизнь была борьбой за успех, и теперь, когда он столького достиг, в нём, похоже, слегка проснулось желание простых человеческих радостей.
Снейп все эти дни продолжал работать над собой -- он учился думать и чувствовать, как старшие Съедающие Смерть. Эти навыки он отдавал личности, которую он выращивал для Волдеморта, и она делалась всё сильнее и ощутимее. Он начал бояться, что когда- нибудь она просто вдруг произведёт переворот в его сознании и возьмёт верх над его настоящим Я.
Но пока Личность Номер Один всё же оставалась главной и потихоньку контролировала Личность – Для - Волдеморта, когда та была на поверхности сознания. Зато эта вторая вариация его самого в свою очередь потихоньку влияла на руководящую часть его души – естественно, совсем не лучшим образом.
Он знал, что никогда не забудет (если вдруг выживет) того, что происходило в эти месяцы с его душой, что такое не проходит бесследно. Но теперь в его жизни была цель, и это придавало всему своеобразную горькую красоту. Он проделывал всё это с собой ради Лили, он уродовал себя именно ради неё. И когда он возвращался к своему настоящему сознанию, её образ теперь освещал его жизнь, вместо того, чтобы причинять боль. В чём - то это было даже лучше того времени, когда он старался её забыть.
Хотя всё было гораздо страшнее, чем тогда.
Зато Волдеморт был им доволен.
- Ты всё - таки взрослеешь, -- говорил он, и в его голосе Снейпу чудилась почти отцовская гордость. – А то я уже начал подозревать, что твои иллюзии ещё долго будут тебе мешать на пути к истинному магическому могуществу.
«Как ни странно, -- горько думал Снейп иногда. – Но на самом деле я продал душу не Волдеморту, а Дамблдору».
И была ещё одна проблема. Второе Я Снейпа всё сильнее чувствовало привязанность к Тёмному Лорду. Это были те самые классические чувства, которые испытывают молодые особи к сильному харизматичному лидеру, который вдобавок ещё и добр к ним. Восхищение , благодарность, желание стать таким же…Снейп в первый раз в жизни испытывал нечто похожее на сыновние чувства. Чувства были настоящими, но личность, которая их испытывала, была фальшивой.



* * * * * * * * * * * * * *


В ноябре Тёмный Лорд нашёл родителей Эванс. Как оказалось, он занялся поисками Поттеров лично, и ему удалось продвинуться чуть больше чем его подчинённым .
Эвансов Орден Феникса перевёз на новое место и поселил в новом доме под новой фамилией. Волдеморт смог отыскать их, используя информацию, которую получил, с помощью легилименции, от работников агентств по продаже недвижимости. После чего Эвансы умерли под пытками – так ничего и не сказав, потому что ничего нужного они и не знали.
Снейп про всё это услышал от своего босса, когда изменить что-либо было уже нельзя. Когда он это слушал, он искренне восхищался детективным талантом Тёмного Лорда. Но когда Снейп оказался дома, то ему стало очень жаль старших Эвансов – они были добры к нему когда -то . И он понимал, как тяжело будет Лили, когда она об этом узнает.
Как после он услышал от Директора, Туни спасло только то, что она жила у своего жениха. Они вдвоём приехали к её родителям через несколько дней и обнаружили тела.
( Нет, правда, а куда все бабушки и дедушки Гарри делись? Причём они -то должны быть ещё вполне молодые и полные сил к моменту смерти Джеймса и Лили. Однако, их нет – ни с магической стороны, ни с маггловской. Ни одного родственника вообще! Убили, не иначе. Орден не уберёг. И тогда становится понятной истерика Дурслей при упоминании о магах и магии.)
Теперь Волдеморт строил планы, как поймать родителей Джеймса, в надежде, что они -то должны что-то знать. Снейп, конечно, сразу доложил об этом Дамблдору.
- Тёмный Лорд, как вы понимаете, знает, что старший Поттер работает в Министерстве. Он доберётся до них, это просто вопрос времени! Вам надо их спрятать!
- Думаете, мы им не предлагали? – ответил Дамблдор не без раздражения. – Но, знаете ли, Поттер - старший и Поттер - младший очень похожи.
- А-а-а! Ясно.
- Он отказался. Сказал, что работников Министерства хорошо охраняют. Что на работе до него никто не доберётся, а их дом защищён специальными чарами для госслужащих.
- Пока это и вправду останавливает Красноглазого, -- ответил Снейп. – Но обычно он умеет получать то, что ему надо. Вы бы лучше…
- Спасибо за совет. Но – видите ли, они ничего существенного не знают.
- То есть – пусть они погибнут?- спросил Снейп.
- Мы предложили им помощь. – ответил Директор с достоинством. -- Но я не вправе применять к ним насилие.
Волдеморту и вправду никак не удавалось придумать, как поймать старших Поттеров. Миссис Поттер сидела дома, а мистер Поттер курсировал через камин на работу и домой – и всё. Их дом действительно был окружён чарами, которые мгновенно вызывали отряд авроров, если кто-то посторонний пытался проникнуть внутрь. А на входы в Министерство были наложены специальные заклинания, которые реагировали на Тёмную Метку — это было обнаружено при попытке Мальсибера проникнуть туда в качестве посетителя. В тот раз он еле спасся.
Хотя особых новостей, связанных с Поттерами, не было, Снейп продолжал встречаться с Директором и рассказывать ему то, что удавалось узнать о планах Тёмного Лорда и его подчинённых. Таким образом Снейп спас немало народа -- и магов, и, как ни странно, некоторых магглов тоже. Например, Орден предотвратил покушение на одну маггловскую писательницу, который дружила с кем-то из магов и потом слишком много верного понаписала в своих книжках, о чём донесли Волдеморту.
Спасая людей от расправы Съедающих Смерть, Снейп чувствовал смутную надежду, что это хоть в какой -то степени может искупить то, что когда-то и он сам участвовал в операциях темнолордовцев. Тогда он приучил себя спокойно относиться к тому, что его соратники убивали беззащитных людей. Но теперь, когда у него появилась возможность предотвращать такие убийства, он чувствовал от этого настоящую радость.
Конечно, Орден спасал не всех, кому грозила опасность. Скорее всего, у людей Ордена просто не хватало на всех сил. Для Снейпа это было, на самом деле, хорошо, потому что если бы срывались все операции темнолордовцев, это было бы слишком подозрительно.
Впрочем, просто подозрительно это уже выглядело.
На одном из совместных завтраков Тёмный Лорд сказал:
- Знаешь, некоторые из моих слуг думают, что у нас появился предатель! – он засмеялся своим холодным смехом, и в столь тесной компании это выглядело ещё более ненатурально, чем обычно.
Беллатрикс тихо и возмущённо выдохнула. У Снейпа где-то в далёких глубинах его души вспыхнула паника, но он волевым усилием смог мгновенно её выключить. Он посмотрел Волдеморту в глаза с искренним изумлением:
- Но это же невозможно, мой Лорд! Вы же так искусны…
- Конечно. Но эти глупцы…, -- он красноречиво покосился на Беллу. – Они смеют думать, что кто-то может обманывать меня.
– Хотя, если вспомнить факты, -- сказал Снейп задумчиво,--У нас сейчас и вправду чаще случаются неудачи, чем раньше…Может быть, люди Орден придумали какие-то новые следящие чары?
Волдеморт слегка задумался:
- Разве что Дамблдор. Но он уже слишком стар для изобретений. Или у них появился гений вроде тебя, Северус?- и Тёмный Лорд снова начал смеяться.


* * * * * * * * * * * *


Когда выпал снег, Дамблдор заявил, что его ревматизм плохо реагирует на свидания на морозе, и предложил Снейпу снять номер в одной из гостиниц Косого переулка.
- Знаете, у меня уже есть арендованный номер, -- ответил Снейп.
- Ну вот и отлично, -- ответил Директор с таким оттенком презрения в голосе, что Снейп сразу пожалел, что это сказал. -- А меня, знаете ли, никто не может увидеть, если я этого не хочу. Так что это должно быть безопасно.
Снейп подумал: «Лучше бы ты преображался в разных девиц, тогда конспирация была бы ещё лучше». Но он всё же не решился сказать это вслух. «Здешний хозяин, конечно, будет удивляться, что я прихожу сюда один. Ну и ладно, главное-- что он меня боится, а что он будет думать—гоблин с ним».
Некоторое время всё было довольно тихо и спокойно. А потом, перед Рождеством, Малфой чуть не поймал Джеймса.
Об этом он не без самодовольства рассказывал перед собранием всем и каждому—кроме Снейпа, которому про этот случай рассказывали все остальные.
А дальше Снейп всё же слушал собственный рассказ Малфоя об этом происшествии – его официальный отчёт пред Волдемортом и коллегами. По словам Люца, он долго вспоминал Поттера и пытался представить, как и что тот чувствует. И вот ему пришла идея, что авантюрный Джеймс решит перед праздником выбраться в Косой переулок за подарками.
«Что-то больно уж хорошо у него получилось, - подумал Снейп. – Какая -то нехарактерная для Люца проницательность».
Дальше Люциус рассказал, что начал прогуливаться по тем магазинам, где можно было купить что-то в подарок женщине или маленькому ребёнку. И, в конце концов, ему повезло – в магазин игрушек и вправду вошёл Джеймс Поттер. Последовала небольшая схватка, покупатели попадали на пол. Джеймсу удалось улизнуть —хотя в магазине был, по понятным причинам, наложен запрет на аппарирование, он внезапно исчез.
«Как жаль, что его не поймали! – подумал Снейп. – Лили сегодня ночью могла бы была у меня – если Поттера всё же сделали Хранителем Тайны». Он хотел было встать и сказать, что он знает, как исчез Поттер, но Главной Личности всё же удалось вовремя вмешаться и отключить этот импульс у Личности - Для - Волдеморта.
А дома, когда он полностью стал собой, он разозлился, представив, что болвана - Джеймса могли сегодня поймать, и что Эванс оказалась бы оглушённая горем, одна, с маленьким ребёнком, запертая в заколдованном доме, как в тюрьме. «Надеюсь, что никому в здравом уме не могло придти в голову назначить этого дауна Хранителем Тайны, -- успокаивал себя Снейп. – Дамблдор хорошо его знает, он не должен был бы этого допустить..Хотя—он же всегда потакал ему. ..»
На следующее утро он оставил письмо для Дамблдора в лавке зелий, вызывая его на срочный разговор, чтобы наябедничать на Поттера. Вскоре Снейп уже сидел в небольшом гостиничном номере, положив локоть на стол и глядя в окно, на фрагмент Косого переулка. Конечно, никакого Дамблдора он там не увидел, но через некоторое время дверь открылась и закрылась, и после этого в воздухе не фоне полосатых обоев, начал проявляться Директор. Можно было решить, что он материализуется, но на самом деле он просто становился заметным.
- Здравствуйте, Северус! – сказал он вежливо. -- Вы позволите присесть?
Дамблдор сел на второй стул, и, как обычно, они оказались сидящими прямо напротив кровати. И, как обычно, это вызывало у Снейпа смутное чувство неловкости.
Он рассказал про неудачный шоппинг Поттера, стараясь не показывать, насколько его злит эта выходка Джеймса. Старый маг слегка помрачнел:
- Я не думал, что Поттер будет настолько ненадёжен! – сказал он.
Снейпу стало ясно, что Хранителем Тайны всё же сделали Джеймса. Это не была легилименция -- после того единственного случая заглядывать в сознание Директора Снейпу уже не удавалось, глаза Дамблдора оставались просто глазами и не превращались в экран. Но Снейп понял всё просто по реакции Директора .
- Почему не Эванс? – спросил он, чтобы эту догадку проверить.
- Простите, но я не могу открывать вам такие детали, -- ответил Директор. – Никто не знает…
- Да, никто не знает, сколько я ещё протяну до того, как проколюсь в чём -то и закончу жизнь под пытками. Но так же никто не знает, сколько сможет протянуть Джеймс в качестве Хранителя Тайны, если будет вести себя как школьник, который кайфует, нарушая школьные правила, -- ответил Снейп резко. – До свидания.
И он вышел из номера, оставив ключи в дверях.
Дома он ходил взад -вперёд по своей гостиной, и думал о том, что уже прошлой ночью к нему могли приволочь раздавленную горем и люто ненавидящую его Эванс. « И что же бы я делал в таком случае?» Но даже думать о таком ему было тошно. В этот момент он снова желал бы был сам прибить Поттера на месте – и одновременно готов был снова и снова рисковать своей жизнью, лишь бы Джеймс оставался в живых.

@темы: 2 Виды расставания

URL
Комментарии
2012-01-26 в 02:29 

Yugoza
Ошибка Снейпа в том, что его почему-то потянуло в Слизерин, где символ - змея. Если захотелось считаться умным - Равенкло вот тебе пожалуйста!
"выбирая богов выбираешь судьбу" условно говоря. выбрал герб - получи... змейку в шейку..
Очень нравится интерпретация.
И сладкого Снейп не любит и домашний животных - бука

2012-01-27 в 00:05 

А ты думаешь, его отправили на Слизерин именно потому, что он туда хотел?

URL
2012-01-27 в 01:56 

Yugoza
Его туда притянуло так или иначе. Просто так туда бы он не попал. Характер такой. Упрямый, несгибаемый, несговорчивый, грубый, помешанный и идеализированный, скрытный, неконтактный, потом всплывающие заклинания из недр души весьма тёмные. Кто бы ещё принял такое счастье?
Да он никуда не хотел. Все для него "придурки". Ему до фени идеология, образы, есть только увлечённость магией... ему даже семья до фени, ему так или иначе не хотелось детей, считал это "тупым", главное карьера - деньги, власть, но всё же знания... на первом месте... ну, после Лили. А Это что-то отдельно, на пьедестале. Это так далеко от реальности... Не удивительно, что он не получил... Слишком вывернутые запросы. И запустило это воронку... Да и принятие судьбы, сознательная жертва, фатальный...
Но персонаж мне нравиться.

     

viv_with_wings

главная